Блики на спицах [СИ] - Екатерина Чусовая

   - Итак, первый день Extreme Ops подошёл к концу, спасибо всем участие. Сейчас предлагаем всем пройти на ужин, а после рассесться на свои автобусы и отправится на аэродром "Логиново", где пройдёт ночная укладка. Ещё раз всем спасибо и удачи в небе.

   ***

   Уже спускаясь к подножью горы Вит пожалел, что поехал на соревнования на машине, а не на автобусе вместе с остальной командой и друзьями, где хотя бы была возможность поспать. Словно прочитав его мысли, Лика осторожно предложила себя в качестве водителя, аргументируя тем, что в таком случае он сможет пару часов вздремнуть вместе с Машей на заднем сидении. После нескольких минут уговоров, парень все таки сдался под напором двух девушек и здравого смысла и с видом мученика отдал Лике ключи, взяв с нее слово, что она поедет только за автобусом, соблюдая правила. Теперь девушка аккуратно вела машину и изредка поглядывала в зеркало заднего вида, улыбаясь такой теплой картине, на которой упорный Вит контролировал ее, периодически соскальзывая в дрему, убаюканный мягким покачиванием Интегры, скользящей по колее, а Маша, уютно свернувшись калачиком, спала, используя колени парня вместо подушки. На пару минут в Лике даже проснулась зависть, которая тут же сменилась обидным пониманием, что испортила она все сама. "А может так было правильно, - мысленно пожала плечами девушка. - Со мной бы так хорошо не было". Тихонько хихикнув, когда парень в очередной раз уронил голову на подголовник, Лика улыбнулась, радуясь, что у нее есть такие друзья, глядя на которых хочется верить в свое собственное счастье. Когда-нибудь. Не сейчас... "Может быть Слава меня когда-нибудь сможет простить..."

   До Логиново они добрались уже к полуночи одним желанием - лечь и уснуть. Но пришлось взбодриться крепким до кислоты и горечи кофе и переместится в спортзалы, где их уже ждали растянутые и высушенные парашюты.

   Часть болельщиков, чьи города были расположены не так далеко от Екатеринбурга, разъехались по домам, а остальные вместе с участниками пользовались гостеприимством аэродрома и, получив маты, начали устраиваться на ночлег на втором ярусе залов, используя вместо одеял свои пуховики, а рукава - вместо подушек. Некоторые сновали среди сонных и усталых спортсменов, предлагая свою помощь, но чаще, услышав невежливый посыл, уходили слоняться по зданию или поднимались к остальным.

   Лика, наконец-то нашедшая ножницы, безжалостно обстригла свои длинные ногти и подошла к троице, налистывающей купол одного из парашютов.

   - Маш, может, я тебе помогу, и мы уложим твой парашют? - обратилась она к девушке.

   - Когти обломаешь, - тут же проворчал Шмель, не дав подруге и рта раскрыть.

   - Я состригла уже, - обиженно поджав губы, отозвалась Лика, демонстрируя Славе свои руки.

   Маша, предугадывая реакцию парня, схватила девушку и почти волоком потащила ее в сторону сушилки - подбирать парашют.

   - Шмель, - укоризненно покачал головой Вит, заметив, как друг провожает девушек недовольным взглядом. - Она не так плоха, как ты думаешь...

   - А ты откуда знаешь, что у меня в голове? - проворчал Слава и резко сменил тему: - слушай, а ты за Ямаху не переживаешь? Может, лучше я с ней уложу, а ты с Ликой?

   - Да, наверное, так будет лучше, да и быстрее... - подумав, согласился парень. - Закончим и со спокойной совестью спать... И все таки Лика может многое если у нее есть хороший стимул, запомни это.

   Проснувшись утром, Слава первым делом осмотрелся, проверяя, уж не приснилась ли ему старая добрая ночевка в спортзале в Логиново, когда под головой вместо подушки лежит плотноупакованный в рюкзак верный Д-5, а из соседнего помещения-сушилки едва ощутимо пахнет чуть влажным парашютным шелком. Улыбнулся, глядя как спят Маша и Вит - словно два вьюнка, стремящиеся оплести друг друга, - немного размялся и пошел прогуляться по аэродрому, чтоб снова зарядиться такой близкой эйфорией неба, представить шум работающих двигателей АН-2, вспомнить, как бьет в лицо ветер, когда стоишь в раме двери и ждешь команды "Пошел", восстановить в памяти ту счастливую секунду, когда над тобой разворачивается купол... и забыть, потому что сам отказался от этого неба!

   Когда он вернулся, Маша еще спала, а Вит хмуро разглядывал парашютный рюкзак.

   - Ты чего там такого интересного спалил? - шепотом поинтересовался Шмель и, присев рядом, тихо присвистнул. - Нифига себе... Это Машкин?

   - Угу, - мрачно кивнул друг. - На моем-то ты спал.

   - Я точно помню, что мы контровали замок.

   - Да, я знаю, - кивнул Вит и протянул Славе обрывок контровочной нити: - Вот, смотри.

   - Мда... Делаааа, - озадаченно протянул Шмель и, почесав подбородок, спросил: - думаешь, Антон постарался?

   - Не знаю, - пожал плечами парень. - Оборванная контровка ведь ничем не вредит.

   - Ну не скажи... Уверенность она подрывает здорово.

   - Переналистывать времени все равно нет. Сейчас проверю рюкзак на целостность и на ее парашюте прыгать буду. Ей свой отдам.

   - Ограничение... - напомнил Слава.

   - Всего на три килограмма превышаю, - отмахнулся Вит. - Запаса прочности строп хватит. Маша в диапазон моего попадает по весу. Ну не могу я ей позволить прыгнуть на расконтрованном!

   Около одиннадцати часов всех участников соревнований подняли и согнали на медкомиссию, чтобы проверить, готовы ли они к прыжкам. А пару часов спустя вся команда стояла на улице и, довольно улыбаясь, смотрела на чистый, искрящийся на солнце, белый снег. Погода радовала их легким морозцем и отсутствием ветра, лишь с неба летели пушистые хлопья, укрывая территорию аэродрома, словно флисовый плед.

   - Красиво, - выдохнула Маша, поймав на ладошку снежинку.

   - Красиво, - шепотом согласился Вит, глядя на свою девушку, и мечтательно перечислил: - присыпанные снегом ресницы, капельки на щеках и губах...

   - Мда, хреновая у вас романтика, ребята, - раздался рядом ехидный голос.

   - По крайней мере, она у них есть, - ответил за друзей Шмель. - Шел бы ты Зарецкий...

   - Да как скажешь, Шмелёв, - пожав плечами, перебил его Тоник и, развернувшись, пошел к своей команде, напевая "Твой парашют сегодня не раскроется..."

   - Это ведь он мстит за психологическую атаку? - неуверенно спросила Маша и умоляюще посмотрела на побледневших парней.

   - Был бы он парашютистом, я б ему "Одуванчики" спел, - сплюнув, зло проговорил Слава.

   - Маш, - чуть приобняв девушку за плечи, Вит бросал на Шмеля предостерегающие взгляды, а сам максимально ровным голосом успокаивал девушку. - Не бойся, все хорошо будет. Антон просто дебил, который не знает, что такие "шутки" чаще отлетают на себя, чем на кого-то другого. Просто он пытается сыграть на суеверности парашютистов и сбить нам настрой. Ведь колебание одного чревато порушенной формацией.